Биографические издания о жизни и творчестве поэта Владимира Высоцкого и писателя Михаила Булгакова внесены в перечень книг, которые должны выпускаться со специальной маркировкой в рамках закона о запрете «пропаганды наркотиков».
Сведения об этом содержатся в списке, опубликованном Российским книжным союзом. В него включают произведения, где есть упоминания наркотических средств и которые, согласно действующим правилам, должны сопровождаться предупредительными пометками.
Среди отмеченных изданий — книга Владимира Новикова «Высоцкий: Мне есть чем оправдаться перед ним», а также три работы о Булгакове: «Михаил Булгаков» из серии «Жизнь замечательных людей» (пятое издание) Алексея Варламова, мемуары Любови Белозерской «Булгаков. Мои воспоминания» и путеводитель Екатерины Горпинко «По следам Мастера и Маргариты. Маршруты от гида музея „Булгаковский дом“».
Ранее в тот же перечень попали книги Виктора Пелевина, Сергея Лукьяненко, Стивена Кинга, Чака Паланика, Харуки Мураками, а также переводы классических произведений, впервые изданные в России после 1 августа 1990 года. В числе таких переводов — роман Эриха Марии Ремарка «Гэм» и «К востоку от Эдема» Джона Стейнбека.
В списке значатся и другие биографии из серии ЖЗЛ, в частности «Венедикт Ерофеев: Человек нездешний» Александра Сенкевича, «Валерий Брюсов. Будь мрамором» Василия Молодякова и «Вера Холодная. Осколки мифов» Евгении Климовой.
С 1 марта 2026 года в России действуют обновлённые положения закона о запрете пропаганды наркотиков. Они требуют, чтобы любые упоминания наркотических средств в СМИ, книгах, музыке и кино сопровождались специальной маркировкой. Эти требования распространяются на все произведения, выпущенные в стране после 1 августа 1990 года.
Для издательств разработано программное обеспечение на основе алгоритмов искусственного интеллекта, которое автоматически отслеживает в текстах возможные нарушения. По словам участников книжного рынка, система иногда выдает курьёзные результаты: так, сообщалось, что одна из таких программ посчитала фамилию писателя Дениса Драгунского подпадающей под действие закона из‑за созвучия со словом «drug».
Представители книжной отрасли также отмечают, что часть авторов не готова вносить изменения в свои произведения под требования нового законодательства и отказывается от дополнительной цензуры текстов.
