Суды в России начали учитывать использование VPN как отягчающее обстоятельство

Российские суды начали применять норму, по которой использование VPN может считаться отягчающим обстоятельством при совершении преступления. Из судебных решений следует, что как минимум в двух делах этот пункт уже повлиял на оценку обстоятельств обвинения.

Первый приговор вынес Новомосковский районный суд Тульской области 19 декабря 2025 года. Местного жителя признали виновным в незаконном приобретении наркотиков в крупном размере (ч. 2 ст. 228 УК РФ). В материалах указано, что мужчина, находясь в Новомосковске, решил приобрести мефедрон «без цели сбыта».

В решении отдельно отмечено, что для доступа к интернет‑ресурсам с ограниченным доступом он использовал «программно‑аппаратное средство доступа к информационным ресурсам», то есть VPN. Через телефон он зашел на сайт, где нашел предложение о покупке смеси, содержащей наркотическое средство.

Подсудимый признал вину и раскаялся. Суд, сославшись на пункт об использовании VPN в перечне отягчающих обстоятельств (ст. 63 УК РФ), назначил наказание — 1 год и 8 месяцев колонии общего режима.

Второй случай рассмотрел в феврале 2026 года Ухтинский городской суд Республики Коми. Мужчину по той же статье о наркотиках приговорили к трем годам условно. Отягчающим обстоятельством снова признали использование VPN: через него подсудимый зашел на сайт интернет‑магазина, оплатил наркотик (в решении не уточняется какой) весом не менее грамма, а затем забрал его из тайника.

О политических делах, где VPN бы стал отягчающим обстоятельством, пока не сообщалось

Других судебных решений, где VPN прямо фигурировал бы как отягчающее обстоятельство, публично почти не встречается. Правозащитники и юристы также отмечают, что на данный момент им не известны политические дела, в которых суды ссылались бы на эту норму.

Юристы обращают внимание: все больше дел, связанных с выражением взглядов, переносится в интернет‑пространство. Поэтому в зоне риска могут оказаться люди, которых преследуют из‑за активности в мессенджерах и социальных сетях — например, за публикации или переписку, если следствие сочтет, что доступ к сервисам получали через средства обхода блокировок.

Оценить заранее, насколько сильно наличие такого отягчающего обстоятельства изменит наказание, сложно: конкретные решения остаются на усмотрение суда. При этом отмечается, что при наличии отягчающего обстоятельства существенно труднее добиваться наказания ниже низшего предела, даже если есть смягчающие факторы.

Вместе с тем на практике возможны и ситуации, когда суд назначает срок ниже «нижней планки», предусмотренной статьей, — в зависимости от обстоятельств и позиции суда. Юристы добавляют, что по делам, связанным с политическими обвинениями, санкции и без того нередко приближаются к максимуму, и наличие дополнительных отягчающих факторов может сыграть роль.

Использование VPN само по себе не является нарушением закона

Специалисты подчеркивают: сам факт использования VPN в России по‑прежнему не считается правонарушением и отдельного наказания за это нет. Однако в уголовных делах применение таких сервисов может учитываться как обстоятельство, отягчающее ответственность, если суд посчитает, что с их помощью совершалось преступление.

Норма о VPN как об отягчающем обстоятельстве была добавлена в статью 63 УК РФ в июле 2025 года и начала действовать с 1 сентября. Вопрос о полном запрете VPN‑сервисов в стране обсуждается, но публичных решений об этом не объявлялось.

Иллюстрация: из открытых источников