Расследование постановочных кадров ФСБ.
Правозащитники обнаружили, что ФСБ снимает постановочные кадры задержаний и признаний.
По данным авторов доклада, такие ролики призваны запугивать недовольных, демонстрировать силу ведомств и навязывать официальную трактовку произошедшего.
К середине 2026 года упоминания ФСБ в телеграм‑каналах и у крупных информационных агентств возросли в 2–3 раза по сравнению с довоенным периодом; доля материалов с видео возросла почти вдвое.
В роликах повторяются одни и те же кадры: оперативная съёмка, задержание, обыск, перевозка задержанного и дача признаний. Практически в двух третях материалов присутствуют сцены задержания и признания; оперативную съёмку нашли в шести роликах, и, по данным исследователей, эти дела якобы построены на провокациях.
По оценке правозащитников, признаки постановки встречаются примерно в четверти сцен задержания. В качестве примера приводят дело рязанского анархиста Руслана Сидики, осужденного за подрыв железной дороги и атаку на военный аэродром. Сам он рассказывал, что полицейский просто пригласил его пройти в отдел. На видеозаписи Сидики задерживают среди гаражей, затем он рассказывает, как его завербовали. В суде Сидики утверждал, что ролик сняли на следующий день после реального задержания в другом отделе полиции, а текст диктовали между дублями. По его словам, до этого его били и пытали током.
Еще один пример — волонтёр Красного Креста из Херсона Юрий Каев, которого в январе приговорили к 14 годам по делу «херсонской девятки». На съёмку задержания вывели примерно через месяц после реального ареста. Ему выдали чистую одежду, вручили сумку с документами и велели идти по улице, а потом упасть так, чтобы не повредить лицо. Сцену сняли с первого дубля.
Признания на камеру, как следует из доклада, часто записывают по нескольку раз и меняют текст. Граффити‑художник из Евпатории Богдан Зиза, осуждённый на 15 лет за антивоенную акцию у здания городской администрации, рассказывал, что его «извинение» переписывали как минимум пять раз. Когда раскаяние казалось начальству неискренним, его снова избивали. «Актер я не очень хороший, а еще текст постоянно изменялся», — вспоминал он.
Отснятые записи, по данным правозащитников, используют и для давления на родственников задержанных. Сам такой видеопродакшн правозащитники считают продолжением пыточных практик, распространённых в силовых структурах.
Скриншот: из материалов силовых структур.
