Следственный комитет завершил расследование дела о доставке беспилотников к атакам на российские военные аэродромы.
Фигурантами проходят четыре водителя большегрузов — Андрей Меркурьев, Александр Зайцев, Михаил Рюмин и Сергей Канурин. По версии следствия, они перевозили модульные дома, в крыше которых были спрятаны беспилотники; объём материалов дела составляет около 90 томов. Подозреваемые находятся под стражей и знакомятся с материалами дела.
Им предъявляют обвинения в участии в теракте, совершённом группой лиц по предварительному сговору, а также в незаконном приобретении и перевозке взрывчатых веществ. Следствие считает, что водители действовали в составе группы, связанной с рядом лиц, находящихся в розыске.
По версии следствия, в конце мая 2025 года фуры выехали из Челябинска в разные регионы. Эксперты установили, что в конструкциях перевозимых модульных домов были спрятаны беспилотники. 1 июня, когда грузовики оказались вблизи военных аэродромов, дроны дистанционно активировали и использовали для атак; ущерб Министерства обороны оценили примерно в 2 млрд рублей.
Водителей задержали вскоре после нападений. Следствие утверждает, что они не пытались скрыться и вместе с другими шофёрами пытались остановить или сбить беспилотники. Один из участников, Василий Пытиков, погиб; в отношении него и ещё одного водителя, подменившего коллегу в последний момент, дела прекращены.
Обвиняемые вину не признают и настаивают, что выполняли обычные рейсы и не знали о содержимом грузов.
«Где доказательства, что Зайцев входил в организованную группу? Где информация, что кто‑то предупредил его о готовящейся атаке?» — заявляла в суде адвокат Оксана Ольгердт.
29 апреля Басманный суд продлил арест Меркурьеву, Рюмину и Канурину на три месяца; на следующий день аналогичное решение вынесли в отношении Зайцева. Часть заседаний проходила в закрытом режиме, но суд отказался полностью закрывать процесс, указав, что значительная часть материалов уже обсуждалась публично.
Следствие также указывает на наличие неустановленных фигурантов и необходимость дополнительных экспертиз, несмотря на завершение основной стадии расследования.
